Кимры (Иоанна Предтечи погост) - Иоанно-Предтеченская церковь


   На высоком волжском берегу в непосредственной близости от нынешних корпусов горбольницы № 1 в недавнем прошлом находился погост Иоанна Предтечи. (Погост отличается от села тем, что состоит лишь из храма, приходского кладбища, да строений для проживания свяшенноцерковнослужителей ).
   В 1875 г. по соседству с находившейся здесь церковью, стоявшей на самом берегу и разобранной из-за сползания грунта, подмываемого волжской водой, был воздвигнут новый каменный храм. 29 августа указанного года священник села Талдома Федор Ушаков освятил новопостроенный храм.
   Инициатором его постройки стал довольно состоятельный крестьянин-сапожник из ближайшей от погоста деревни Сухово С.А. Волков. Это был стойкий приверженец старого русского уклада жизни и вто же время человек довольно просвещённый и культурный. Прожив некоторое время в Москве, он сблизился с рядом известных людей того времени. О дружбе сапожника и великого русского драматурга А.Н. Островского известно из ряда литературных источников. В частности сохранилась переписка между ними, из которой можно узнать, что С.А. Волков приглашал писателя приехать на освящение (открытие) храма, и ответ последнего с выражениями благодарности за приглашение и сожалением о не возможности приезда.
   Новый каменный храм, как и его предшественники, был наименован Предтеченским. Храм имел три престола. Главный - в честь святого пророка Иоанна Предтечи, правый - Казанской Божией Матери, левый - Архистратига Михаила. Храм представлял собой пример запоздалой русско-византийской модификации. Канонический кубический объём, традиционное пятиглавие. Основания глав окружены ярусом килевидных кокошников. К храму примыкала шатровая колокольня в стиле древне-русской архитектуры. Барабаны глав декорировались полуколоннами, объединёнными арками в виде кокошников. С колокольни звонили 6 колоколов. Здесь же располагались два приходских кладбища, (третье - более древнее - находилось на некотором удалении от них) разделённые дорогой. Ограждение одного из них было каменное, с пятью воротами, другого - деревянное, с каменными столбами. Неподалёку от храма находилась деревянная часовня, поставленная на месте существовавшего в прошлом храма. Здесь же стояли и дома служителей церкви. Главная святыня храма - икона Усекновения Главы святого пророка Предтечи и Крестителя Господня Иоанна - находилась на правом столбе при входе в храм. В длину она имела 1 аршин 11 вершков, в ширину - 1 аршин 6 вершков и покрыта серебряной ризой весом в 32 фунта. В 1837 г. риза эта была пожертвована в храм кимрским купцом Николаем Башиловым. Как утверждали старые литературные источники "икона была довольно древнего письма".
   Большим почитанием у верующих пользовались резные изображения Страждущего Спасителя в темнице, Положение Пояса Пресвятой Богородицы и иконы преподобного Сергия Радонежского. Последняя местная святыня была устроена прихожанами в память о принесении в храм иконы Сергия Радонежского из Троице-Сергиевой лавры, написанной на гробовой доске святителя.
   Следует отметить и такой любопытный факт, что храм планировалось вначале возвести в деревне Новое Савелово (напротив села Кимры). Но в связи с разногласиями прихожан ряда деревень относительно выбора нового места строительства храма и сложностями по поводу выделения ими части своей земли в конце концов решено было возвести храм на прежнем месте.


Протоиерей В.И. Троицкий, настоятель Предтеченского храма.

   Большую материальную помощь в строительстве и последующем украшении храма оказали помимо уже упомянутых С. Волкова и Н. Башилова и ряд других ревнителей православия: П.А. Сорокин, Н.И. Брусницын, С. И В. Мартыновы, И.И. Рыбкин. В 1885 г. по соседству с храмом, опять-таки по инициативе С.А. Волкова, была построена церковно-приходская школа. Школа эта имела два этажа; в нижнем, каменном, располагались квартиры учителя и его помощника, в верхнем, деревянном, находились две классные комнаты, в которых пятьдесят мальчиков и девочек получали начальное образование. Первыми учителями в школе были местный священник П. Успенский и студент Тверской духовной семинарии Е. Судаков.
   В советское время церковно-приходская школа была передана из духовного ведомства в ведение уездного отдела народного образования (УОНО) и некоторое время существовала как начальная школа. До нашего времени от бывшей школы сохранился лишь нижний её этаж, перестроенный под жильё.
   Прихожанами Предтеченской церкви являлись крестьяне 18 деревень, в числе которых были: Сухово, Борки, Щёлково, Бурково И другие. По статистическим данным 1901 г. всего приписных крестьян насчитывалось 2356 душ обоего пола. Приход считался одним из крупных в уезде. На его территории проживало и значительное число старообрядцев. В 1897 г. их насчитывалось 419 человек. Как известно в Tвepской губернии существовало два центра старообрядчества: в Ржеве и в Кимрах с их окрестностями.
   Места эти связаны с любопытным историческим фактом, упоминаемым в книге В. Плетнёва "Об остатках древности и старины в Тверской губернии", изданной в 1901 году. Автор книги пишет: "Валы во многих местах прокопаны искателями кладов, о которых у местного населения есть предание, что здесь зарыто в котлах столько денег, что их не прожить всему Калязинскому уезду..." Вернее всего, что это была лишь легенда. Погост никогда не считался по приходу богатым, скорее, наоборот. Но если посмотреть с другой стороны, то почему бы и нет? Можно, например, предположить, что отступающие поляки в "смутное время" спрятали здесь награбленные ценности. Как бы то ни было, но легенда оказалась живучей. И до сего времени находятся искатели кладов и приключений, не оставившие надежду найти спрятанные сокровища. Волга "помогает" им, размывая обрывистый берег. Но кроме обычных предметов, характерных для рядового сельского кладбища: нательных крестиков, бусинок, кованых гвоздей, монет и т.п., начиная с 15-16 веков и до нынешнего столетия, ничего другого здесь найдено не было.
   Из притча храма назовем тех, кто оставил о себе память у прихожан. Прежде всего это священник Т.М. Яшин (1865-1924), служивший здесь около сорока лет. По воспоминаниям современников, это был высокий, сильный, высококультурный человек, пользующийся большим авторитетом у прихожан. Тимофей Михайлович любил работать по дому, в огороде, в саду, на пасеке. Примечателен в этой связи и сам факт ухода его из жизни. Как-то глубокой осенью 1924 г., наколов поленицу дров, разгоряченный, он выпил студёной колодезной водицы, после чего простудился и вскоре умер от воспаления лёгких. Диаконом в церкви в начале нынешнего века некоторое время служил Д.Н. Меншагин (родной брат священника кимрского Покровского собора П.Н. Меншагина), псаломщиком - А.С. Покровский. С 1925 г. настоятелем Предтеченской церкви стал священник В.И. Троицкий, супругой которого стала дочь умершего иерея Т.М. Яшина Надежда Тимофеевна. Много лет спустя после отбывания десятилетнего срока тюремного заключения в сталинских застенках протоиерей В.И. Троицкий в 1960-х годах служил в кимрском Преображенском соборе. Диаконом и псаломщиком в последние годы существования храма были Н.С. Чередеев и И.И. Миронов.
   В 1920-е годы служители церкви и прихожане погоста Иоанна Предтечи в полной мере испытали на себе давление властей. Предтеченский храм доживал свои последние годы. В конце 1920-х - начале 1930-х годов решено было построить здесь военный городок. Это и явилось подходящим поводом для ликвидации погоста. Кимрский райисполком (РИК) по представлению военведа принимает решение о закрытии трех кладбищ, находящихся в районе погоста Иоанна Предтечи. Родственникам усопших в трехнедельный срок было предписано перенести надмогильные памятники на новое, указанное властями, место. Перенос же самих oстанков был запрещен. Одновременно с этой акцией РИК направил вышестоящим властям ходатайство о закрытии и ликвидации храма. 24 августа 1931 г. Московский областной исполком (МОИК) принял решение о закрытии храма.
   Уже 19 ноября все церковные принадлежности, ценности были вывезены из Предтеченской церкви. Через несколько лет храм был разобран на кирпич.
   Сейчас ничто уже не напоминает о том, что здесь в не столь давнем прошлом находился храм: все заросло травой и мелколесьем. Сохранились лишь несколько домов от бывшего погоста и фотография храма - возможно, единственная, скупые упоминания в литературных и архивных источниках, да людская память.

   
     (По материалам издания Коркунов В.И. Судьбы Кимрских Храмов. - Кимры, 1999.)
    


   В Кашинской Писцовой книге 136-137 г.г., на л. 1648, за № 819, о пог. Иоанна Предтечи содержатся следующия сведения.
   «В вотчине боярина князя Олексея Михайловича Львова что ему дано за посолскую службу Государева да дворцовая волость село Кимра з деревнями и пустошми на восмь сот четей и что сверх ево вотчинные дачи осми сот четей осталось пустошей и отписаны на Государя писма и меры Ондрея Ивановича Загрязкого да подъячево Дмитрея Минчакова лета 7143-го году... Да к селуж Кимре и к деревням погост Лаптев на реке на Волге а на погосте церковь Усекновение Честные Главы Иоанна Предтечи древян клецки с папертию а в церкви деисус и двери царские и образы месные и ризы и книги и колокола и всякое церковное строение мирское. А у церкви во дворе поп Борис Михайлов, во дворе пономарь Осипко Кузмин, во дворе просфирница Татьяньца Васильева в кельи нищая бобылька Ульянка Гаврилова питаетца от церкви божьи. Пашни паханые церковные худые земли три чети да перелогом четь да лесом поросло четыре чети в поле а вдву потомуж сена три копны лесу пашенного три десятины а непашенного бору пять десятин».
   В книге В.А. Плетнева «Об остатках древности и старины в Тверской губернии» (стр. 286) говорится, что «близ ручья Дьякова и Пог. Иоанна Предтечи есть древний городок. Городище это находится на правом, очень высоком, берегу Волги, на мысу, у впадения ручья Дьякова в Волгу. Три вала окопанные канавами, расположены один внутри другого. Площадь городища (по 30 саж. в поперечниках) поросла еловым лесом».
   В клировой ведомости 1796 г. говорится: «Церковь Предтеченская, деревянная, построена 1775 года. Свящ. Василий Петров, 51 года, из богословии, посвящ. в 1769 г. Церковной земли 328 дес.; в приходе 21 дер., 188 дворов. Душ м. п. 591, ж. п. 681, раскольников об. п. 69».
   В исповедной росписи 1739 г. и 1755 погост назывался «Лапотный», церковь была Иоанна Предтечи; в 1739 г. свящ. Иван Петров, 69 л.; в приходе 110 дв., 842 души об. пола. В 1775 г. свящ. Петр Иванов (он же в 1766 г.); в приходе 147 дв., 907 душ об. п.».


   Церковь Предтеченская, построена в 1875 году, каменная, престолов три: главный Иоанна Предтечи, правый Казанской Божией Матери, левый Архистратига Михаила.
   В 1901 году служили: Священник Тимофей Михайлович Яшин 36-ти лет, студент семинарии, в служении с 1885 года, священником с 1888 года, награжден в 1898 году скуфьей. Диакон Димитрий Николаевич Меншагин 33-х лет, в служении с 1891 года, диаконом с 1895 года. Псаломщик Алексей Сергеевич Покровский 30-ти лет, в должности с 1889 года.
   Прихожан в деревнях Нутроме, Борке, Сухове, Цыганове, Столбове, Григорьеве, Муравьеве, Головине, Гомонове, Лахиреве, Щелкове, Замятине, Савелове, Галанине, Титове, Буркове, Крастунове, Шикове, в селе Кимры - 445 дворов (1224 мужчин, 1312 женщин), раскольников 74 двора (143 мужчины, 241 женщины).

   
     (По материалам изданий Крылов Л. Материалы для истории церквей и монастырей г. Калязина и сёл Калязинского уезда. - Калязин, 1908. и Добровольский И.И. Тверской епархиальный статистический сборник. - Тверь, 1901.)
    


В. И. Коркунов. Погост Иоанна Предтечи и его храм


   Храм Иоанна Предтечи имеет давнюю историю. Когда он возник — неизвестно. Первое документальное упоминание о нём находим в т.н. писцовой книге (хозяйственном описании) Кимрской дворцовой волости, пожалованной в вотчину царём Алексеем Михайловичем боярину Львову в 1635 году: «Ввотчине боярина князя Алексея Михайловича Львова, что ему дано за посолскую службу Государева да дворцовая волость село Кимра здеревнями и пустошами… Да к селуж Кимре и к деревням погост Лаптев на реке на Волге, а на погосте церковь усекновение честные главы Иоанна Предтечи древян клецки спапертию, а вцеркви деисус и двери царские и образы месные и ризы и книги и колокола и всякое строение мирское, а у церкви во дворе поп Борис Михайлов, во дворе пономарь Осипко Кузмин, во дворе просфирница Татьянца Васильева, вкельи нищая бобылка Ульянка Гаврилова питаетца от церкви божьи… » [1]
   Погост Иоанна Предтечи считался бедным (его прихожанами были крестьяне предположительно 20 деревень) и оттого даже назывался лапотным. Находился он возле бывшего городища Дьяков Лоб, существующего, предположительно, с 5 века до н.э. Известный тверской краевед В. А. Плетнёв писал в своей книге об этом месте: «Близ ручья Дьякова и пог. Иоанна Предтечи есть древний городок. Городище это находится на правом, очень высоком берегу Волги, на мысу, у впадения ручья Дьякова в Волгу. Три вала, окопанные канавами, расположены один внутри другого… » [2].
   В 1748 г. в храме проводился ремонт: были подрублены алтарь и трапезная. Но деревянные церкви, как правило, были недолговечны. В начале 1770-х годов храм Иоанна Предтечи сгорел. В 1774 г. священник Василий Петров с прихожанами обратились к Преосвященнейшему Платону с прошением разрешить им купить деревянную церковь в селе Хотче, одном из сёл Кашинского уезда, и перевезти её на погост Иоанна Предтечи. Архиерей дал своё благословение, и в августе 1775 г. храм был освящён благочинным села Кимры протопопом Иоанном Ивановым [3].
   Из священно- и церковнослужителей храма 18 века до нас дошли имена далеко не всех. Среди них священники: Пётр Иванов (с 1752 г.), Василий Петров Плетнёв (с 1768 по 1808 гг.); диаконы: Михаил Иванов (с 1753 г.), Аркадий Михайлов (с 1787 г.); дьячки: Иван Иванов, Иван Плетнёв, Василий Васильев, Иван Яковлев; пономарь Матвей Димитриев (позднее дьячок) (с 1760 по 1804 гг.).
   Со временем деревянный храм обветшал и стал тесен для возросшего числа прихожан. И тогда священно-и церковнослужители вместе с церковным старостой и прихожанами решили построить на погосте новый каменный храм. В 1813 г. они обратились с прошением к тверскому архиерею Мефодию о разрешении построить такой храм близ старой деревянной церкви. Владыка благословил их на это богоугодное дело. В январе 1814 г. из Тверской духовной консистории была получена храмоздательная грамота [4].
   В 1816 г. каменный храм был построен. Настоятель храма, представители прихожан направили прошение тверскому архиепископу Серафиму с прошением освятить новый храм, а старый, деревянный, сломать. Тверской архиерей отдал соответствующее распоряжение. 23 сентября 1816 г. новопостроенный храм Иоанна Предтечи с приделом в честь иконы Казанской Божией Матери и колокольней был освящён иереем Тверского кафедрального собора Петром Симеоновым. В октябре того же года иконы, колокола и некоторые другие богослужебные принадлежности были перенесены в новый храм, старая же деревянная церковь была разобрана и употреблена на обжиг кирпича для устройства ограды [5].
   Новая церковь имела длину 13, ширину — 5 1/2 сажень (1 сажень — 2,13 м). Стены оштукатурены и выкрашены в розовый цвет. Главный престол именовался в честь Иоанна Предтечи, правый, тёплый (отапливаемый) придел во имя Казанской иконы Божией Матери был отделён от главного престола простенком. Пол каменный. Всего в церкви имелось 22 окна: 3 — вверху, 6 — в середине и 13 — внизу. Единственная глава была увенчана восьмиконечным вызолоченным крестом. Железная крыша храма окрашена медянкой (зеленой краской). Среди главных святынь в главном алтаре — запрестольный образ Смоленской иконы Божией Матери в серебряной вызолоченной ризе, в алтаре придела — образ Казанской иконы Божией Матери в медной посеребренной ризе. Иконостас главного престола — шестиярусный, иконостас придельного храма — одноярусный. С двухъярусной колокольни звонили 6 колоколов. Самый большой из них весил 152 пуда и был отлит в 1827 г. (1 пуд — 16,38 кг). Ограда вокруг храма деревянная, решётчатая, окрашена красной краской. С правой стороны ограды имелась деревянная сторожка [6].
   В чине освящения храма участвовал его причт: священник Стефан Судаков, заступивший на место умершего священника Василия Петрова в 1809 г., диакон Алексей Михайлов, дьячок Иван Афанасьев, пономарь Алексей Васильев, а также его прихожане. В 1816 г. в приходе храма насчитывалось 285 дворов с 995-ю душами мужского пола.
   В 1831 г. священник Стефан Петрович Судаков умер; его место занял Алексей Быков (умер в 1863 г.) В 1839 г. убыл дьячок Иван Афанасьев, на место которого заступил Иван Тачалов (умер в 1863 г.). В 1848 г. на место диакона Алексея Понизовского был назначен Иван Башилов.
   Начиная с 1845 г. для храма наступили непростые времена. Дело в том, что он был не совсем удачно построен: на мысу крутого берега Волги, который в период весенних паводков постоянно подмывался и рушился. К тому же под храмом и домами причта имелись подземные ключи, которые ослабляли грунт, заставляя его «плыть». Первой пострадала колокольня. Уже в 1845 г. заговорили об опасности её обрушения. Об этом стало известно в Тверской духовной консистории. Последовало распоряжение: колокольню разобрать и возвести новую, в другом месте.
   В 1851 г. священник и прихожане храма сообщают тверскому архиерею Гавриилу, что не могут выполнить решение консистории о строительстве новой колокольни вследствие нехватки денег. В 1852 г. требования о строительстве колокольни возобновились. В 1853 г. от причта и прихожан последовала просьба о разрешении продать часть церковного леса кимрскому купцу Малюгину, а вырученные от продажи деньги употребить на строительство колокольни. В Тверской духовной консистории согласились на это предложение. Казалось бы, дело сдвинулось с места. Но вмешалась Тверская палата государственных имуществ, которая запретила строить колокольню без её на то разрешения, а также наличия достаточной денежной суммы. Гражданский инженер вышеупомянутой палаты 4 октября того же года побывал на месте, где обнаружил, что трапезная церкви представляет собой опасность для прихожан и просил палату воспретить богослужения. Тверская духовная консистория также решила проверить состояние церкви. С этой целью был приглашён архитектор, который, осмотрев церковь, выяснил, что подземные ключи подмывают грунт, берег в любую минуту может обвалиться, край церкви почти повис над косогором. Архитектор, инженер-майор Петров, дал заключение, на основании которого трапезную и колокольню необходимо разобрать, все церковные принадлежности — перенести в холодную церковь для продолжения богослужений. Такое же заключение сделал и присланный от палаты инженер Альховский. В декабре 1855 г. были утверждены план и чертежи будущего храма. Для строительства отвели место на расстоянии в 266 сажень от прежней церкви. 26 декабря 1855 г. последовала резолюция тверского архиерея о разборке аварийного храма. В декабре 1856 г. Тверская палата государственных имуществ дала разрешение на возведение церкви и колокольни. Между тем возник вопрос, где вести строительство: на старом погосте или в деревне Новое Савёлово, что располагалась в 4-х верстах от погоста на правом берегу Волги напротив села Кимры [7]. Крестьяне ряда ближайших к храму деревень ратовали за прежнее место, другие (приблизительно половина прихожан) склонялись к тому, чтобы строительство храма велось в Савёлове. Это жаркое противостояние продолжалось несколько лет. Кимряне, особенно купцы и предприниматели, активно поддерживали строительство церкви в Савёлове. (Незначительное количество жителей Кимр являлись прихожанами Предтеченского храма). 28 мая 1859 г. в Кимрском вотчинном правлении состоялось собрание представителей крестьян прихода храма Иоанна Предтечи, посвященное строительству новой церкви. Собрание решило ходатайствовать перед вышестоящим начальством о разрешении возвести храм Иоанна Предтечи при деревне Новое Савёлово. Был организован сбор средств на строительство с жителей Кимрской вотчины; при этом многие выразили готовность сделать пожертвования. На сходе были выбраны три строителя: Василий Богомолов, Григорий Лаптев и Дмитрий Совалов (Совалин?). При этом была сделана существенная оговорка: кимряне отказываются жертвовать деньги, если церковь будет строиться на прежнем месте [8]. Вскоре после этого прихожане храма — противники строительства в Новом Савёлове — послали в Тверскую палату государственных имуществ соответствующее ходатайство. Там, по-видимому, были озадачены двумя кардинально противоположными просьбами. Решено было послать на место чиновника по особым поручениям Вахрова с помощником и на новом сходе прихожан прояснить этот вопрос. 24 сентября 1860 г. Вахров сообщает в Тверскую палату государственных имуществ, что 19 сентября он собрал крестьян, приписанных к храму, на сход, где было решено построить храм при деревне Н. Савёлово. Выразили своё согласие и священно- и церковнослужители храма. Позже выяснилось, что бурмистры Кимрской вотчины Алексей Базулин (в 1860 г.) и Алексей Мокряков (в 1861 г.) принуждали представителей прихода, крестьян д. Крастуново, подписать документ об обмене своей надельной земли на церковную. Последние на это согласны не были и поставили свои подписи лишь под угрозами со стороны бурмистра, после чего обратились с жалобой к начальству в Тверь. В то же время крестьянин села Кимры Григорий Лаптев выразил желание начать строительство церкви при д. Н. Савёлово за свой счёт по новому проекту, составленному в 1861 г. тверским архитектором П. Ф. Фёдоровым. 26 августа 1862 г. прихожане храма заявили благочинному, настоятелю кимрского Покровского собора Троицкому, что они уступают желанию жителей Кимр построить храм в Савёлове, готовы пожертвовать земли под церковь и кладбище, но только не для домов причта, с чем они категорически не согласны. Споры продолжались долгие месяцы. Крестьяне деревень Крастуново и Шиково отказывались менять свою землю на церковную, расположенную более чем в четырёх верстах от их деревень. В декабре 1863 г. Д. Совалов, выбранный ранее в строители храма, вероятно уставший от бесконечной борьбы, пишет в Кимрское волостное правление: «…По случаю смутных обстоятельств о постройке церкви при д. Н. Савёлово, я строителем церкви быть не могу. Потому, что надо с любовью, а этого у прихожан нет. Пусть выбирают другого». Тогда же отказался быть строителем храма и В. Богомолов. По поводу места строительства храма возникли два непримиримых лагеря. На своём сходе 20 мая 1864 г. прихожане деревень Крастуново, Буркове, Шиково, Сухове, Титове, Борки, Сляднево, Ябугино, Нутромо проголосовали за строительство храма на более удобном месте — погосте Иоанна Предтечи и на собственные средства. Крестьяне деревень Новое и Старое Савёлово, Галанино, Лахирево, Головино, Гомоново, Цыганово, Столбово, Григорьево, Муравьёве, Замятине, Щёлково, а также небольшое число прихожан села Кимры выразили желание строить храм при д. Н. Савёлово. В конечном итоге перевесила точка зрения прихожан, высказавшихся за строительство храма на старом месте по проекту 1861 года. 30 ноября 1866 г. строительный отдел Тверского губернского правления в ответ на ходатайство прихожан погоста Иоанна Предтечи разрешает строительство храма на прежнем месте [9].
   23 января 1868 г. разрешение властей на строительство храма Иоанна Предтечи в 260 саженях от прежней церкви было получено. Следует отметить, что прихожане ближайших к храму деревень проявили большую стойкость и выдержку, пойдя на материальные издержки в своём желании возвести храм на его исконном историческом месте. Ведь им противостояла добрая половина прихожан, которых, в свою очередь, поддерживали состоятельные кимряне. Отрицательную роль здесь сыграли крестьяне деревень Крастуново и Шиково, не пожелавшие совершить обмен своей земли на церковную; повлиял на исход событий и случившийся в 1859 г. опустошительный пожар в селе Кимры, который подорвал материальные возможности кимрян, ратовавших за постройку храма в Н. Савёлове.
   Следует отметить важную роль, которую в постройке храма сыграл его церковный староста Сергей Арсеньевич Волков из д. Сухово. 10 марта 1868 г. крестьяне избрали его «строителем» храма Иоанна Предтечи (т.е. лицом, ответственным за строительство последнего). Этот состоятельный крестьянин-сапожник был глубоко верующим человеком, который приложил немало усилий для принятия окончательного решения о выборе места строительства храма, активно собирал деньги на его возведение. С. А. Волков был знаком со многими просвещёнными людьми России того времени, в частности состоял в дружбе с великим русским драматургом А. Н. Островским. В 1875 г. Волков приглашал Островского на освящение храма, но тот не смог приехать из-за неотложных дел [10].
   В начале 1868 г. Тверской духовной консисторией была выдана подписанная тверским архиереем храмоздательная грамота, после чего, весной того же года, строительство храма началось.
   В сентябре 1874 г. причтом и церковным старостой храма на имя тверского архиерея Филофея было отправлено сообщение о завершении строительства, а также просьба разрешить кимрскому купцу Ивану Рыбкину за свой счёт устроить в нём иконостас. Разрешение это было получено уже в следующем месяце. В 1875 г. священно- и церковнослужители, староста и прихожане храма просят тверского архиерея разрешить освящение новопостроенного храма 29 августа священнику церкви архистратига Михаила села Талдома Феодору Ушакову [11].



Храм Иоанна Предтечи


   Храм был трёхпрестольным. Главный престол посвящён Усекновению Главы Иоанна Предтечи, правый придел — Казанской иконе Божией Матери, левый — архистратигу Михаилу. Построен храм в русско-византийском стиле, с каноническим кубическим объёмом и традиционным пятиглавием. Основания его глав окружены ярусом килевидных кокошников, барабаны глав декорированы полуколонками, объединёнными арками в виде кокошников, к основному объёму примыкает шатровая колокольня, выполненная в формах древнерусской архитектуры.
   Все три престола поставлены в один ряд. Двухъярусные иконостасы изготовлены на средства кимрского купца Ивана Рыбкина; он же пожертвовал храму несколько икон. Полы, как в храме, так и в алтаре, были деревянными. Храм венчали 5 глав с крестами; последние изготовлены на средства кимрского купца Онуфрия Потапенко. Стены внутри храма были оштукатурены и покрашены голубой краской на средства купца Ивана Рыбкина, крыша покрыта железом и окрашена медянкой (зелёной краской). В храме имелось 3 паникадила. Главное, с 26-ю свечами, весило более трёх пудов. В приделах — медные посеребренные паникадила по 18 свечей каждое и весом около трёх пудов; все они пожертвованы купцом Савелием Мартыновым. Московский купец Афанасий Мошкин (уроженец села Кимры) пожертвовал Евангелие в серебряном окладе; петербургские купцы Николай Брусницын и Ефрем Сивогин (выходцы из села Кимры) — потиры, звездицы, дискосы. Имели место пожертвования и от купцов Петра Сорокина, Василия Мартынова и других благотворителей. Церковь была тёплой, на задней её стороне имелись две печи; ещё две находились в алтарных арках. Из старого храма в новый были перенесены особо чтимые иконы: Усекновения Главы Иоанна Крестителя древнего письма в серебряной ризе, образ Сергия Радонежского, устроенный прихожанами в память принесения из Троице-Сергиевой лавры в Предтеченский храм образа преподобного Сергия Радонежского, написанного на гробовой доске святого; древние образы Казанской и Смоленской Божией Матери, резное изображение Страждущего Спасителя в темнице, древняя икона Положения Честного Пояса Пресвятой Богородицы; а также колокола и другие святыни и предметы для богослужений [12].
   В то же время в храме появились новые святыни и богослужебные предметы. Здесь особенно постарались купцы и состоятельные граждане села Кимры. О некоторых из них мы упомянули выше.
   Во второй половине XIX века в храме служили священники: Алексий Быков (с 1831 по 1863 гг.), Пётр Успенский (1863—1888 гг.), Тимофей Яшин (с 1888 г. по 1920-е годы); диаконы: Иван Петров, Александр Честной (убыл в другой приход в 1885 г.), Димитрий Меншагин; дьячок Иван Тачалов (умер в 1862 г.); пономари (псаломщики): Алексей Плетнёв, Алексей Погребов, Алексей Соколов, Алексей Покровский [13].
   7 апреля 1885 г. в погосте Иоанна Предтечи состоялось открытие церковно-приходской школы. Ещё в декабре 1884 г. причт храма и прихожане обратились к тверскому архиерею с прошением: «Образование юношества в нашем приходе — приходе раскольническом, мы, прихожане, находим и сознаём делом необходимым. В коротких словах имеем честь изъяснить только следующее: приход наш распространён на большое пространство от церкви по 10 верст в две противоположные стороны. Имеется в нашем приходе в д. Титове содержимое на наши средства училище от земства, но мы — другая и большая часть или вовсе не имеем возможности обучать там своих детей — по отдалённости, или многие ближайшие к селу Кимре, обучаются там. Нашим общим сходом, чрез доверенных 9 сего декабря мы, уполномоченные, положили «поддерживать и содержать ныне находящееся и содержимое земством в одной половине прихода училище, взаимно и на общие средства иметь и содержать и другое училище при церкви — церковно-приходское, которое в память совершеннолетия в сем году исполнившегося государю цесаревичу и наследнику русского престола Александру Николаевичу именовать «Николаевским».
   Вновь построенная школа была двухэтажной: низ — каменный, верх — деревянный; крыша покрыта железом. На первом этаже были помещения для сторожа, учителя и для ночлега детей из дальних деревень. На втором этаже размещались классы. Школа давала начальное образование и находилась в подчинении духовного ведомства. Заведующим школой и законоучителем (преподавателем Закона Божиего) являлся священник Пётр Успенский, учителем — студент Тверской духовной семинарии Егор Судаков. Обучение было бесплатным. В школе имелось 10 парт, 25 книг для внеклассного чтения. Некоторая помощь школе была оказана Тверским православным братством вел. кн. Михаила Ярославина, а построена она была на средства прихожанина Петра Волкова, который являлся и церковным старостой храма. Источником же её существования стали пятнадцатикопеечные взносы с каждого прихожанина [14].
   В 1888 г. пришло разрешение Тверской духовной консистории на строительство часовни на погосте, полученное церковным старостой храма Петром Волковым.
   В 1890 г. аналогичное разрешение получил и крестьянин д. Сухово Сергей Волков. Вероятно, обе эти часовни были построены, так как в 1920-х годах упоминается о двух часовнях на погосте.
   17 октября 1888 г. близ станции Борки, что недалеко от Харькова, сошёл с рельсов императорский поезд. Были погибшие и раненые, но царская семья во главе с императором Александром III не пострадала, отделавшись стрессом. В народе это было воспринято как чудо. В память о спасении царской семьи во время катастрофы в России строятся храмы, часовни, пишутся иконы, отливаются колокола… В храме Иоанна Предтечи по этому случаю было решено произвести стенную роспись. 15 октября 1890 г. причт храма, церковный староста обратились с соответствующим прошением к тверскому архиерею, поручив расписать храм мастеру из села Селихова Платону Балуеву. В ноябре того же года разрешение из Тверской духовной консистории было получено. Церковный староста Пётр Волков выразил желание пожертвовать на эту работу 2200 рублей. О подобном проявлении верноподданнических чувств со стороны прихожан к монарху Тверская духовная консистория сообщила обер-прокурору Святейшего Синода, который, в свою очередь, довёл это до сведения императора. Расписать храм художник-живописец, согласно заключённому договору, обещал к празднованию Пасхи в 1891 г. [15] В 1899 г. были устроены новые печи для отопления храма.
   Наступивший XX век отмечен пропажей из храма 500 рублей церковных денег. Это была большая сумма по тому времени. Для сравнения укажем, что всё строительство церкви по первоначальному проекту 1855 г. оценивалось в 16081 рубль.
   В 1901 г. прихожанами храма являлись крестьяне деревень: Нутромо, Борки, Сухове, Цыганово, Столбово, Григорьево, Муравьёве, Головино, Гомоново, Лахирёво, Щёлково, Замятине, Большое и Малое Савёлово, Галанино, Титове, Буркове, Крастуново, Шиково (все Калязинского уезда). Кроме этого, к погосту Иоанна Предтечи были приписаны 17 мужчин и 28 женщин из села Кимры Корчевского уезда. Всего насчитывалось 1224 прихожанина мужского и 1312 — женского пола. Раскольников (старообрядцев) в приходе имелось 74 двора со 142-мя и 241-й душами мужского и женского пола соответственно. Настоятелем храма являлся священник Тимофей Яшин, диаконом Димитрий Меншагин, псаломщиком Алексей Покровский [16].
   В 1901 г. храм и его крыша были окрашены (обновлены) на средства церковного старосты Петра Волкова. В 1903 г. деревянный пол был заменён плиточным.
   В 1906 г. уходит из жизни псаломщик Алексей Покровский. Родился Алексей Александрович в селе Ушакове Старицкого уезда Тверской губернии в семье сельского церковнослужителя. В 1869 г. окончил Емельяновскую сельскую школу. В 1889 г. был определён псаломщиком в храм погоста Иоанна Предтечи. На погосте имел свой дом. Женился на дочери умершего псаломщика Алексея Погребова Марии Алексеевне. В семье родилось трое детей: сын (умер в детстве) и две дочери. Одна из дочерей, Екатерина Алексеевна, окончила Тверское епархиальное училище и стала учителем начальных классов. Ребёнком она училась в церковно-приходской школе погоста Иоанна Предтечи, а получив специальное образование, преподавала здесь до закрытия последней. Позднее работала в начальной школе Нового Села Кимрского района и в школах г. Кимры. Умерла 7 октября 1983 г. в возрасте 85 лет в Кимрах [17]. После смерти А. Покровского должность псаломщика с 29 июля 1906 г. занимает Всеволод Маслов.
   Диакон Димитрий Николаевич Меншагин. Родился в 1864 г. в селе Кимры. Сын священника кимрского Покровского собора Николая Меншагина. Окончил 5 классов Тверской духовной семинарии. Работал учителем Пухлимо-Отрубнёвской церковно-приходской школы Корчевского уезда (ныне Кимрский район), псаломщиком в храмах Весьегонского и Калязинского уездов. В 1895 г. рукоположен в сан диакона и перемещён в храм Иоанна Предтечи. В 1912 г. был рукоположен в сан священника и перемещён в храм села Селилова Ржевского уезда Тверской епархии. Его супругу звали Александрой Захаровной. В семье родилось 10 детей. В 1916 г. Меншагины переехали в Москву; Димитрий Николаевич служил в храме на Малой Серпуховке почти до конца своих дней. Умер в возрасте 72-х лет [18].
   Диакон Николай Чередеев назначен в Предтеченский храм 25 октября 1912 г., где служил до его закрытия.
   Псаломщик Иван Иванович Миронов. Родился в 1860 г. Окончил Тверское духовное училище, 1 класс Тверской духовной семинарии. Состоял псаломщиком в храмах Старицкого уезда. В храм Иоанна Предтечи перемещён 4 ноября 1909 г., где служил до 13 февраля 1931 г.; затем служил в храме Похвалы Пресвятой Богородицы с. Городища, что на Дубенском устье (Ратмино); в 1932 г. рукоположен во священника к Покровской церкви с. Губин-Угол Кимрского района.
   Церковным старостой храма с 1902 г. в течение ряда лет был крестьянин д. Нутрома Пётр Иванович Землезин.
   После Октября 1917 г. новые власти на основании декрета СНК РСФСР «Об отделении церкви от государства и школы от церкви» от 23 января 1918 г. отобрали храм у верующих и передали его государству. 3 марта 1919 г. местная власть по договору с религиозной общиной Предтеченского храма предоставила верующим церковь для богослужебных целей, обусловив этот акт рядом пунктов, ограничивающих деятельность общины. Одновременно была составлена опись храма: его святынь, богослужебных предметов и имущества. Периодически власти проверяли по описи, всё ли находится в целости. Прихожане обязаны были на свои средства содержать храм и причт, оплачивать налоги и страховки, производить ремонт. Кроме этого, власти вели антирелигиозную пропаганду в отношении Русской Православной Церкви, включая и старообрядцев, которых в данной местности было немало.
   Церковно-приходская школа от духовного ведомства перешла в ведение отдела народного образования, став школой 1 ступени (т.е. начальной). В первые годы советской власти ряд населённых пунктов Белогородской и Талдомской волостей Калязинского уезда Тверской губернии отошли ко вновь образованному Ленинскому (позднее Талдомскому) уезду Московской губернии. Почти все деревни, находившиеся в приходе Предтеченского храма, вошли в состав Кимрской волости Кимрского уезда. Территория самого погоста Иоанна Предтечи в первой половине 1930-х годов оказалась на территории г. Кимры вместе с деревнями Старое и Новое Савёлово, Крастуново, Галанино, Шиково, станционным посёлком Савёлово, став таким образом его правобережной стороной.
   Причт храма состоял из настоятеля, священника Тимофея Яшина, диакона Николая Чередеева и псаломщика Ивана Миронова.



Священник Тимофей Яшин с семьей


   Тимофей Михайлович Яшин родился в начале 1860-х годов в селе Ладьине Старицкого уезда Тверской губернии в семье псаломщика. В 1884 г. окончил Тверскую духовную семинарию. Служил в погосте Христорождественском Тверского уезда. 10 июля 1888 г. епархиальным начальством назначен настоятелем Предтеченского храма. В разные годы был законоучителем в Титовском земском начальном училище и Предтеченской церковно-приходской школе. У них с супругой Александрой Фёдоровной родилось трое детей: Надежда, Николай и Вера. Отец Тимофей был образованным, уважаемым прихожанами, высоким, сильным человеком. Он любил заниматься домашним хозяйством, пчеловодством. В доме имелся рояль, на котором играли члены семьи. Летом 1924 г. отец Тимофей, разгорячённый и потный после колки дров, испил холодной (ключевой) воды, после чего заболел пневмонией и 21 ноября того же года умер. Место настоятеля занял его тесть, священник Владимир Троицкий.



Священник Владимир Троицкий с семьей


   Владимир Иванович Троицкий родился 30 июня 1889 г. в г. Калязине Тверской губернии. Окончил Тверскую духовную семинарию. Женился на Надежде Яшиной, дочери настоятеля храма погоста Иоанна Предтечи Тимофея Яшина. Был рукоположен в сан священника и направлен настоятелем Покровского храма села Перетерье Кашинского уезда Тверской епархии. В семье родилось трое детей: Вера, Любовь и Владимир. В 1924 г., после смерти тестя, занял должность последнего. В начале 1930-х годов, после закрытия Предтеченского храма, становится настоятелем Никольской церкви села Белого Кимрского района. Жил в деревне Кадниково недалеко от церкви. 25 декабря 1937 г. арестован по обвинению в антисоветской агитации. Двое свидетелей при допросе дали показания против него, священник своей вины не признал. 28 декабря следователем было составлено обвинительное заключение. 30 декабря 1939 г. «тройка» УНКВД по Калининской области приговорила Владимира Троицкого по статье 58. пункт 10 УК РСФСР к 10 годам исправительно-трудовых лагерей (ИТЛ). Здесь следует остановиться на двух моментах. Первый — это скорость, с какой был вынесен приговор. С момента ареста до его оглашения прошло всего пять дней. Второй заключается в недобросовестном отношении следователя к ведению следствия. В 1939 г. состоялась проверка следственного дела по жалобе дочери священника. Один из свидетелей, которого допрашивал следователь в 1937 г., заявил, что он не давал показаний против отца Владимира, зафиксированных в протоколе допроса. Получается, что следователь сфальсифицировал показания. Здесь нужно отметить, что вышеуказанный следователь, Молодец (фамилия его по гуманным причинам несколько изменена), отличался особой жестокостью по отношению к своим подследственным; после его обвинительных заключений многие оказались невинно пострадавшими. Всё это выяснилось спустя несколько лет после пересмотра ряда дел на основании заявлений как самих пострадавших, так и их родственников [19]. Владимир Троицкий отбывал наказание в северных лагерях (Котлас и Вятлаг) и был досрочно освобождён 22 февраля 1943 г. Отец Владимир служил в храмах городов Кашин и Калязин, был возведён в сан протоиерея. В 1957 г. он направил властям прошение на пересмотр его дела. Допрошенные следователями свидетели, знавшие его лично, все как один отзывались о нём крайне положительно и отрицали направленные против него обвинения. 23 декабря 1957 г. Калининский областной суд пересмотрел дело Троицкого и отменил постановление «тройки» от 30 декабря 1937 г. за недостаточностью улик, таким образом реабилитировав священнослужителя.



Протоиерей Владимир Троицкий


   В конце 1950-х годов протоиерей Владимир Троицкий из г. Калязина переезжает в Кимры. В 1961— 1964 гг. он служит штатным священником в Преображенском соборе. В 1970 г. временно исполняет обязанности священника. Умер протоиерей Владимир Троицкий 5 марта 1976 г. и был похоронен на Савёловском кладбище. Его потомки живут в Кимрах и других городах страны.
   Один из его братьев, Димитрий Троицкий, Русской Православной Церковью причислен к лику святых новомучеников и исповедников XX века.
   Последняя регистрация Предтеченской общины верующих произошла в Кимрском адмотделе (милиции) 27 декабря 1930 г. (в соответствии с постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 8 апреля 1929 г. о религиозных общинах). Район её деятельности ограничивался погостом Иоанна Предтечи, деревнями: Нутромо, Борки, Сухово, Шиково, Бурково, Крастуново, Цыганово, Столбово, Старое и Новое Савёлово, Галанино, посёлком Савёлово.
   В конце 1920-х годов территория, на которой находился погост Иоанна Предтечи, по плану отошла военному ведомству под зону строительства. Кимрский районный исполком (РИК) принял решение о закрытии и ликвидации Предтеченского храма и трёх его кладбищ, которое было отправлено для утверждения в Московский областной исполком (МОИК), в постоянную комиссию по вопросам культа [20]. В Москве решение это утвердили и переслали в Кимры для оповещения прихожан храма. 5 октября 1931 г. президиум МОИК сообщает Кимрскому райисполкому: «Вследствие отсутствия обжалования со стороны верующих ваше постановление от 24 августа 1931 г. о ликвидации церкви Ивана Предтечи вступило в законную силу». Так древнейший погост Иоанна Предтечи, простоявший здесь в течение многих веков, прекратил своё существование. Представителю общины верующих, церковному старосте Петру Аркадову, было заявлено, что на основании постановления МОИК Предтеченская церковь закрывается и 25 сентября 1931 г. она должна будет передана органам местной власти. 2 октября представителями районной власти и верующих был составлен акт описи храма и его имущества, на основании которого 19 ноября последний был переда РИКу. При передаче храма присутствовали: начальник милиции, председатель Борковского сельсовета, председатель райфо, представитель Военведа, представители церковной общины, церковный староста Пётр Аркадов, а также Михаил Пальников (бывший церковный староста). Некоторые богослужебные предметы, церковные святыни были изъяты из храма и отправлены в склады горсовета, остальное имущество перенесено в сарай близ церкви. Все три кладбища (по решению Кимрского РИКа) подлежали закрытию и ликвидации. Гражданам предлагалось в 3-недельный срок снять с могил кресты, памятники и другие надмогильные предметы под надзором райздравотдела и адмотдела (милиции) без переноса тел усопших. Все оставшиеся кладбищенские постройки и ограды передавались Военведу, Кимрскому горсовету и районному земельному отделу [21].
   Настоятель храма Владимир Троицкий перешел служить в Никольский храм села Белого, псаломщик Иван Миронов перед закрытием церкви (15 февраля 1931 г.) отказался от должности.
   Опустевший, заброшенный и осквернённый храм простоял ещё несколько лет. 27 февраля 1940 г., на заседании Кимрского горсовета, было принято решение о передаче пустующего Предтеченского храма, расположенного на территории Военного городка, горжилуправлению для разборки на кирпич и употребления его на городские нужды.
   Ежегодно, в течение многих лет, 11 сентября (29 августа по старому стилю) в праздник Усекновения Главы Иоанна Предтечи, на месте бывшего храма собирались его прихожане, которые помнили храм, чтили память о нём.

   Вместо послесловия

   Прошло более 70 лет после закрытия храма Иоанна Предтечи. Наступили новые времена, времена возрождения Русской Православной Церкви, что мы воочию можем наблюдать на примере восстановления старых и строительства новых храмов на кимрской земле.
   Память о существовавшем прежде храме Иоанна Предтечи навсегда осталась в сердцах и памяти многих кимрян. В прошлом он располагался на территории Калязинского, после 1917 года — Кимрского уезда (с 1929 г. — района); ныне же территория бывшего погоста находится в черте г. Кимры.
   В начале 2000-х годов у Аси Алексеевны Калёновой, которая много лет неустанно трудится во имя возрождения храмов на кимрской земле, возникла мысль о постройке на Савёловской стороне города храма во имя Пророка, Предтечи и Крестителя Иоанна. Эта мысль нашла отклик у тогдашнего руководителя Савёловского машиностроительного завода А. В. Щеглова. Горячо поддержали её и благочинный церквей Кимрского округа протоиерей Преображенского собора Евгений Морковин, митрополит Тверской и Кашинский Виктор.
   5 апреля 2004 г., после литургии в Преображенском соборе, которую совершил тверской архиерей в сослужении местного духовенства и последующего крестного хода, состоялась встреча с участием заинтересованных лиц, руководителей предприятий, предпринимателей. Единогласно было принято решение о строительстве храма; тогда же был создан и Попечительский совет, который возглавил благочинный Кимрского округа протоиерей Евгений Морковин. Его первой помощницей становится А. А Калёнова. Тогдашний мэр города Борис Шпилёв подписал решение об отводе участка земли под будущий храм по соседству с памятником-самолётом ТУ-124.
   4 июня того же года, во время прохождения Волжского крестного хода от истока Волги, в присутствии многочисленных верующих и просто рядовых граждан города, архиепископ (ныне митрополит) Тверской и Кашинский Виктор в сослужении местного духовенства совершил чин освящения воздвигнутого на этом месте Святого креста. Тогда же был объявлен сбор средств на строительство храма под рубрикой «Возродим утраченную святыню Савёлова — храм Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна!». Но почти сразу же возникли материальные и иные трудности. Московские проектанты запросили за свою работу такую огромную сумму, что от их услуг пришлось отказаться [22]. К сожалению, на настоящий момент собрано слишком мало средств, которые не позволяют приступить к строительству Предтеченского храма. И всё же будем надеяться, что на Савёловской стороне города, где проживает половина жителей Кимр, но нет ни одного храма, последний всё же появится.

   ПРИМЕЧАНИЯ

   1. Российский Государственный архив древних актов (РГАДА). Ф. 1209. Oп. 1. Ед. хр. 664. Л. 63-63 об.; Покудин В.П. Кашинская писцовая книга 1628-1629 гг. Вып. 1. Кимры, 2006. С. 185-186; Лев Крылов. Материалы для истории церквей и монастырей г. Калязина и сёл Калязинского уезда. Калязин, 1908. (Репринтное издание. Забытые страницы истории. Кн. 3. Сост. С. В. Кустов. Тверь-Калязин. 2008. С. 85-86.)
   2. Плетнёв В. А. Об остатках древности и старины в Тверской губернии. Тверь, 1903 г. С. 286; Многотиражная газета Кимрской обувной фабрики «Красная звезда» «Обувщик». 15 октября 1980 г.
   3. Государственный архив Тверской области (ГАТО). Ф. 160. Оп. 8. Д. 1059. Л. 1-2.
   4. ГАТО. Ф. 160. Оп. 8. Д. 1071. Л. 1, 7, 8, 13, 14.
   5. ГАТО. Ф. 160. Оп. 8. Д. 1072. Л. 1,6,10.
   6. ГАТО. Ф. 160. Оп. 1. Д. 18796. Л. 1-18.
   7. Деревни Старое и Новое Савёлово, Галанино, Крастуново, Шиково, а также станционный посёлок Савёлово в начале 1930-х годов вошли в состав г. Кимры, став правобережной стороной города.
   8. ГАТО. Ф. 466. Oп. 1. Д. 76164. Л. 2-3.
   9. ГАТО. Ф. 466. Oп. 1. Д. 76164. Л. 188.
   10. Островский А.Н. Полное собрание сочинений. Том. 10. М., 1978. С. 374; С. В. Максимов, друг А. Н. Островского, в своей книге «Литературные путешествия» (Москва, 1986 г.) приводит строки, посвящённые Волкову и храму Иоанна Предтечи: «… Это Сергей Арсеньевич Волков. В молодости он шил на всю молодую редакцию «Москвитянина» фасонистые и крепкие сапоги… Сергей Арсеньевич давно ходил по знакомым в Москве и Петербурге, собирая посильное даяние на построение Божьего храма… Постройку он довёл до конца… И вот недавно сложил он свои старые кости под полом этого самого храма, что считал для себя единственною наградою, о чём изредка и проговаривался с обычною скромностию…»
   11. ГАТО. Ф. 160. Оп. 8. Д. 1078. Л. 228. (Самого дела об освящении храма в ГАТО не найдено.)
   12. Тверские епархиальные ведомости. 1897. Часть официальная. № 19. С. 665; В настоящее время в Успенском храме (Щёлково) Кимрского района находится местная святыня — резное изображение из дерева Главы Иоанна Предтечи на блюде. По преданию, святыня находилась в храме погоста Иоанна Предтечи до его ликвидации в начале 1930-х годов.
   13. ГАТО. Ф. 160. Oп. 1. Д. 17764. Л. 1792; ГАТО. Ф. 160. Oп. 1. Д. 16302. Л. 78.
   14. Тверские епархиальные ведомости. 1886. Часть неофициальная. № 2. С. 42.
   15. ГАТО. Ф. 160. Оп. 8. Д. 1085. Л. 3.
   16. Добровольский И. Тверской епархиальный статистический сборник. Тверь, 1901. С. 312-313.
   17. Сведения взяты из автобиографии Е.А. Покровской и Книги регистрации актов смертей Кимрского загса.
   18. ГАТО. Ф. 160. Oп. 1. Д. 16304. Л. 348; Некоторые сведения о Димитрии Меншагине получены из письма его племянницы Анны Петровны Пименовой, урождённой Меншагиной, в декабре 1992 года.
   19. Тверской Центр документации новейшей истории (ТЦДНИ). Ф. 7849. Д. 9471-с. Л. 3, 6, 21, 48, 64, 73.
   20. Кимрский муниципальный архив (КМА). Ф. 16. Oп. 1. Д. 54. Л. 3-88; С середины 1929 г. и по 29 января 1935 г. Кимрский район входил в состав Московской области.
   21. КМА. Ф. 16. Oп. 1. Д. 54. Л. 1-88.
   22. Кимрский вестник. 10 марта 2005 г.; Кимрская общественная газета. Октябрь 2008 г.

   
     (По материалам издания Коркунов В.И. Храмы города Кимры. — Тверь: СФК-офис, 2015.)

     (Фото. № 3-6 из издания Коркунов В.И. Храмы города Кимры. — Тверь: СФК-офис, 2015.)

    


Посмотреть всю карту